Древний город Псков
903 - 2017 годы
 
Маршрут № 1
Кремль. Довмонтов город

Маршрут № 2
Проходит по центру города

Маршрут № 3
Проходит по местам воинской славы средневековья и ВОВ
Маршрут № 4
Проходит по центральной части Пскова и улице Гоголя.

Маршрут № 5
Проходит по Октябрьскому проспекту - центральной магистрали Пскова.
Маршрут № 6
Проходит по территории Запсковья: улицам Леона Поземского, А.И.Герцена.

Маршрут № 7
Проходит по району Завеличья
 

 

 
 

Нашествие шведского короля Иоанна и польского Стефана Батория на Псковскую землю. (страница 3)

Посему думал даже, оставя Псков, идти на Новгород, по тогдашним слухам меньше укрепленный, или к ближним городам Порхову и Гдову и, заняв их, набегами оттуда беспокоить Псков. Но стыд отступления от Пскова и опасение Новгорода удержали его, а наступившая уже осень и не позволяла предпринимать дальнейшего похода. Как бы то ни было, Король хотел сперва облечь весь город кругом и 26 Августа, переправясь чрез Череху, распорядил войска свои в обход. Но сильная стрельба со стен расстроивала их. Для закрытия себя они потом начали обходить далее лесами, около города тогда еще бывшими, но ядра проникали и сквозь леса и, ломая оные, застилали им проход и многих побивали. Король не ожидал, чтобы город имел столь сильную и далеко досязающую артиллерию. В самом деле, по свидетельству Гейденштейна, были там такие пушки, которые семидесяти- и осмидесятифунтовыми ядрами заряжались и пробивали три ряда коробов, насыпанных землею. К вечеру Король уклонился еще далее от города и расположил шатры свои по Порховской дороге на высотах в пяти верстах около Николаевского Любятова Монастыря. Граждане все сие видели со стен и в молчании только направляли пушки свои на его лагерь; а когда довольно уже смер-клось, то открыли беспрестанную и сильную пальбу, от которой в ту же ночь снял он свои шатры и, удалясь опять к реке Черехе, стал за буграми и горами на речке Промежице близ Спасского Монастыря. После того переменил он все расположение своей осады и, чтобы не разделять далеко сил своих, решился сделать приступ с одной юго-восточной линии градских стен. Таким образом, назначил он угол между Покровскою и Свинусскою башнями одной части Венгерцев под начальством вождя их Гавриила Бекеша, а другую часть их под начальством племянника своего Валтазара переправил чрез Великую-реку на левый берег. Против Свинусской башни велел стать Полякам и загородиться коробами, насыпанными землею; от Порховской дороги к Петровским воротам стать Литовцам, а в остальном промежутке Немцам. В сие самое время прибыл к Королю от Турецкого Султана для переговоров о Татарских на Украине перебежчиках посланник, которому Король показал все свои войска и распоряжения и получил от него похвалу. По отпуске его начаты немедленно подступы. Венгерцы первые подошли к стенам между Покровскою и Свинусскою башнею, но вылазкою граждан были прогнаны. Августа 27, по сказанию Псковской Летописи о сей осаде, некоему благочестивому мужу, именем Дорофею, было явление и откровение от Божия Матери о будущем нападении на град со стороны угла Крепости при Покровском Монастыре. Посему Печерского Монастыря Игумен Тихон, еще до осады по повелению Архиепископскому пришедший в город с Чудотворными Успения и Умиления Богородицы Иконами Печерского Монастыря, начал с Духовенством и гражданами совершать ежедневные Крестные хождения с теми Иконами в помянутое место, а Воеводы и Бояре поставили в той части стены три Креста заветные. Четыре дни после сего не видно было никакого неприятельского движения. Но Сентября 1 усмотрено, что по большой Новгородской1 дороге к загородней Церкви Святого Алексия, человека Божия, и к градским воротам Великим, Свинусским и Покровским, со стороны Флоро-и-Лаврской, бывшей за Выползовою слободою у Песков Церкви, начали они от своих станов копать большие рвы.

Три дни занимались они сею работою и выкопали пять больших борозд рва к городу и семь поперечных. Внутри сих борозд, как после осады найдено, сделали они 139 больших и 904 меньших землянок с печками для жительства полковым Чиновникам и ратникам. Прокопы доведены были почти до самых стен градских и заслонены высокими насыпями, сквозь кои наведены были пушки. 4 Сентября в ночи со стороны Алексеевской Церкви, на версту от города, они прикатили и поставили туры или насыпные коробы, в коих сделали съезжий двор для закрытия конных и засадных, а другой таковой же к Великой-реке от Флоро-и-Лаврской Церкви; еще двое туров бойничных противу Свинусских ворот и угольной Покровской башни; а третьи таковые ж туры против той же башни за Великою-рекою, и все оные в одну ночь насыпали землею; а в следующий день 5-го Сентября в бойничных уставила осадную артиллерию. Осажденные, замечая все сие, самилротиву тех туров делали с своей стороны укрепления и, не надеясь на одну каменную стену свою, начали рубить еще за нею от Покровского угла по той линии деревянную тарасами, с нагрузкою камней и земли на случай пролома, а на каменной поставили большие пушки и особый отряд Дворян, Стрелецких Голов, стрельцов и посадских. Сия передовая стена от Покровской башни до Свинусских ворот особенно поручена была обороне Воевод Андрея Ивановича Хворостинина и Князя Ивана Петровича Шуйского. Но ежедневно туда же съезжались на совет и все Бояре и Воеводы. Прочие места крайних стен и даже средней по слабейшим частям прирублены были также деревянными стенами в тарасах с нагрузкою камней. Все сии стены распределены были в защиту другим Воеводам, неотлучно стоявшим там день и ночь. 6 Сентября начальствовавший тогда во Псковском Духовенстве Печерский Игумен Тихон по некоему откровению, с совета прочих Духовных, по утру благовестом созвал граждан в Собор и сделал оттуда опять крестный ход к Покровскому углу с чудотворною Печерскою Иконою Богородицы, с Мощами Св. Благоверного Князя Псковского Гавриила и со старою Печерскою хоругвию. Весь народ сопровождал их с плачем и рыданием, не чая ниоткуда более помощи и защиты, кроме Бога.

На утро 7 Сентября при самом рассвете Король, открыв стрельбу по стенам градским с трех бойничных туров из 20 пушек и из расставленных по приколам, продолжал оную во весь день до ночи и на другой день от утра до девяти часов оного. 24 сажени городовой стены от Великих ворот до Свинусской башни и весь охаб были разбиты до земли, и еще 69 сажен стены избиты и рассыпаны в разных местах. Осажденные успели наскоро заградить пролом только рвом и фашинами, работая почти под пушечными выстрелами. Около полудня 8 числа стрельба с бойничных туров умолкла, но появилися из окопов выступившие и к стенам шедшие войска. Воеводы, видя приближение их, для извещения народа приказали зазвонить в осадной колокол, висевший в среднем городе на стене у Церкви Василия Великого на горке; а неприятелей встретили со стен жестокою пушечною стрельбою, коею целые ряды их положили на поле. По звуку колокола из всех концов города граждане, прощаяся с домашними, сбегались к стенам на оборону, а в Троицком Соборе Духовенство с остальным народом начало совершать беспрестанное моление. В самые полдни, по сказанию Гейденштейна, Немцы, а по сказанию других, Венгерские гайдуки, одетые в латы, под предводительством Вождей своих Борнемиссы, Матфеея Керекеза и Фомы Дерцена с частию Немцев, столпясь и закрывшися щитами, усильно и поспешно приближились к пролому от Покровской башни с ручным оружием, но, дошедши, вдруг остановились, либо почитая пролом для себя тесным или встретив вышеупомянутую фашинную и палисадную преграду со рвом, как пишут Лифляндские Историки, а вероятнее - сильное сопротивление. Тогда Поляки, за ними шедшие, из ревности протеснясь сквозь их, устремилися с такою яростию на сопротивляющихся, что, сломив их, стали на проломе; другие взлезли на разбитые стены; третьи взошли уже на Покровскую и Свинусскую башни и, подняв там свои знамена, стреляли с высоты на осажденных. К ним туда же взлезли и Венгерские Вожди Керекеза и Дерцен. Самая великая трудность осажденным предстояла не допустить неприятеля чрез проломы в открытый уже город. Ибо, к несчастию, не успели еще они в сем месте кончить начатой пред осадою задней деревянной стены, в заслон проломной. Несмотря на то, Воеводы с войском и народом упорно отбивали вторгающихся неприятелей и старались сбивать взошедших уже на стены. Крик с обеих сторон, звук и треск оружия и взаимные выстрелы пищальные заглушали даже все начальнические приказания, и каждый действовал почти только по своему стремлению. Польский Король, на все сие смотревший за полверсты из-за города с колокольни Никитской Церкви, заметив смятение граждан, а своих уже на башнях и на стенах со знаменами, полагал наверное взять Псков того же дни. Окружавшие его Бояре, завидуя успеху и славе осаждающих, сами выпросились у него к стенам, обещаясь встретить его в городе и представить ему пленными начальствующих Псковских Воевод.

 

:: Страницы: - 1 - | - 2 - | - 3 - | - 4 - | - 5 - | - 6 - | - 7 - | - 8 - | - Назад на страницу «Очерки средневековой истории Пскова» -

Наверх